В Перми готовят спортсменов уровня Паралимпийских игр

В Баку завершились Первые европейские игры, где выступали пермские спортсмены, в том числе и с ограниченными возможностями. Успехам и проблемам паралимпийских видов спорта в Перми на этой неделе была посвящена программа «Овертайм» – совместный проект «МК в Перми» и радио «Эхо Москвы в Перми» на 91,2 FM. Гостями ведущих Юрия Руднева и Артема Жаворонкова стали спортивный директор федерации дзюдо Пермского края Расим Закиров и Юлиана Иванова, победительница первенства России по дзюдо среди слепых. 

– Расим Михайлович, расскажите о Европейских играх.

– В Баку в рамках чистого дзюдо, скажем так, выступали наши девочки – Ксения Чибисова и Марта Лабазина. И параллельно проходили соревнования по адаптивному дзюдо, по спорту слепых, где выступали спортсмены частично зрячие и тотально слепые. В весовой категории 57 кг боролась наша Наталья Овчинникова. Она из Большой Сосновы, училась вместе с Юлианой в интернате для слабовидящих детей и сейчас является кандидатом в паралимпийскую сборную России в Бразилии.

– Как она выступила в Баку?

– Заняла пятое место, проиграла одну встречу, две встречи выиграла. Надеемся, что Наталья наберет рейтинг и будет участвовать Олимпиаде в Бразилии. Ну, если не в Бразилии – то через пять лет в Токио.

– У нас есть центр подготовки паралимпийцев?

– Да, центр подготовки открылся в прошлом году, до этого действовала краевая школа.

– Есть же программа Европейского союза дзюдо «Дзюдо для всех», Пермский край стал первым в России, где открылись такие залы, в частности, в интернате для слабовидящих детей…

– В интернате для слабовидящих мы открывали зал 6 лет назад – мы с Владимиром Ивановичем Плотниковым как руководителем федерации дзюдо Пермского края тогда приняли решение открыть два зала дзюдо, в интернате для слепых и в интернате для глухих. Сложно было с тренерскими кадрами: в том же интернате слепых до Ильи Мингалиева пробовали работать три тренера – не справились, тяжело было работать с такими детьми. И сейчас у нас стабильно работает один тренер по адаптивному дзюдо, который выводит спортсменов на уровень Паралимпийских игр.

– Илья Мингалиев проходил специальную подготовку? Где у нас готовят специальных тренеров?

– Их нигде не готовят. Я сам преподаю в педуниверситете на кафедре адаптивной и лечебной физкультуры – но мы готовим именно специалистов по адаптивной и лечебной физической культуре, а не тренеров-преподавателей по адаптивному дзюдо. Для этого я там и работаю, чтобы как-то повернуть подготовку студентов в сторону адаптивного дзюдо.

– Юлиана, расскажите, почему именно дзюдо? Вроде бы не самый подходящий вид спорта для девочек...

– Когда я пришла в пятом классе в школу, как-то заинтересовалась именно дзюдо, больше понравилось. И тренер хороший, и ребята отличные.

– Неужели не было альтернатив: художественная гимнастика, бег?

– Почему не было – в тот момент были. Я занималась легкой атлетикой, шахматами, шашками, но вот как-то зацепило именно дзюдо. Мне в дзюдо нравится абсолютно все, от А до Я.

– Сколько времени ты проводишь на тренировках?

– Пока училась – с понедельника по субботу каждый день. А в каникулы – две тренировки в день.

– Как ты сейчас относишься к дзюдо? Понимаешь, что для тебя это уже не просто секция, а спорт высших достижений, что не за горами крупные соревнования международного уровня?

– Отношусь к этому осознанно. Надеюсь, что уже полученные награды – не последние, будут еще. Илья Иванович Мингалиев – замечательный тренер.

– Расим Михайлович, откуда в Перми появились идея и техники адаптивного дзюдо?

Я ездил на судейский семинар по спорту слепых в Венгрии, так как я судья международной категории по дзюдо. Жил там в одной комнате со старшим тренером сборной страны Исламом Ибрагимовым, он инвалид по зрению и работает со спортсменами. Он-то меня и попросил открыть секцию по дзюдо в городе Перми – и я пообещал, что открою. Приехал и начал этим заниматься.

Разговаривал с руководителями учреждений, привозил и стелил ковры и татами, искал зарплату тренеру, доплаты – потому что до появления центра адаптивного дзюдо зарплата тренера считалась такой же, как у тренера, работающего со здоровыми детьми, а работа намного сложнее.

– Но сама методика, особый подход – откуда они брались?

– Я выезжал на соревнования, проводил тестирования, расспрашивал тренеров, которые уже давно работают в этом направлении. Познакомился, например, с тренером паралимпийского чемпиона Олега Крецула из Уфы, спросил, с чего начинать, как действовать, что необходимо давать спортсменам с ограничениями по здоровью. Потихоньку формировалась какая-то структура занятий дзюдо, система приемов, которые необходимо преподавать. И все, что этому предшествует, – знакомство с залом, разминка, передвижения, захваты. Плюс работа над координацией: специальные игры и задания для детей, мячи, лесенки, всевозможное оборудование.

– То есть создаются все условия именно для таких особых детей, и их родители могут смело приводить ребят в дзюдо. Сколько детей сейчас занимается дзюдо слепых в Пермском крае?

– Один процент от всех занимающихся. 60 человек из 6 тысяч детей в целом по Прикамью.

– Последний вопрос – о планах. Как паралимпийская сборная, а с ней и наша Наталья Овчинникова, будет готовиться к Паралимпийским играм в Бразилии?

– Команда занимается на базе в Подольске, иногда выезжает в Адлер. Паралимпийцы готовятся вместе с основной сборной страны. Но, конечно, у них своя программа подготовки.